Вина России. Реалии и перспективы.

Для России отечественное виноделие такая же сложная тема, как для нас — украинское. Казалось бы, есть все необходимое для того, чтобы создавать качественное вино: многообразие почв и ландшафтных микрозон, климатические условия. Но отыскать бутылку хорошего вина среди миллиона представленных на полках – по-прежнему весьма сложная задача. Несостоятельность российского виноделия принято списывать на советское наследие и законодательство, мешающие развитию отрасли. Так ли все плохо в современном российском виноделии? И какое будущее у вин с этикеткой «made in Russia»? Мы решили поговорить на эту тему с двумя экспертами – Денисом Руденко и Биссо Атанасовым.

Денис Руденко, винный критик, автор блога The Daily Wine Telegraph

Еще пару лет назад о российском виноделии говорить было намного проще – на тот момент в отрасли все было сравнительно однородно: часть хозяйств в виду отсутствия финансирования не вела никакой винодельческой активности, а другая только-только осознала необходимость отхода от «советского» стиля вин, для чего вкладывала деньги в переоборудование производства и приглашала иностранных консультантов для освоения современных методов виноделия. С тех времен прошло уже достаточно лет и ныне российское виноделие представляет собой куда более сложную картину. С одной стороны у нас приходят в упадок и практически исчезают целые винодельческие регионы — более не существует виноделия в Чечне, практически исчезли винодельни Ставрополья. Будет очень небольшим преувеличением сказать, что фактически российское виноделие сохранилось и развивается только в Ростовской области и Краснодарском крае. С другой стороны, в этих областях мы действительно наблюдаем позитивное развитие, причем сразу по нескольким направлениям.

Крупные винодельческие предприятия края – «Абрау-Дюрсо», «Кубань-Вино», «Фанагория», «Мильстрим», «Южная винная компания» – увеличивают площадь собственных виноградников, расширяют ассортиментные линейки. Может быть не так быстро, как хотелось бы потребителю, но все-таки стабильно растет качество сухих вин во всех линейках: от самых бюджетных, до «премиальных». Причем, первые особенно важны, потому что бюджетные линейки составляют основную часть продаж, после полусладких винных напитков. В этой части российского виноделия происходит плавное развитие.

В группе средних по размеру виноделен («Вина Ведерников», «Шато ле Гран Восток», «Виноградники Гай-Кодзора») наблюдается иная картина – в большинстве случаев эти хозяйства не ведут заметного расширения виноградников или увеличения объемов выпускаемой продукции, продолжая совершенствовать лишь качество вина. Фактически в этих хозяйствах наблюдается сравнительная стабильность и это тот режим, в котором пребывает большинство виноделен мира – выпуск определенного объема вин с определенного виноградника из года в год.

Но самое, пожалуй, интересное, происходит в третьей группе – в группе «малых» виноделен. Домашнее виноделие в России существовало всегда. И не секрет, что часто объемы производимого вина превосходили личные потребности того или иного «домашнего», или как сейчас стало модным говорить, «гаражного» винодела. Излишки вина всегда продавались друзьям и соседям. Так вот в последние годы тут происходит качественный сдвиг – количество полулегальных виноделов достигло того количества, когда игнорировать это явление стало достаточно сложно. Если еще несколько лет назад мы знали только о Янисе Каракезиди, то сегодня мы говорим уже о десятках имен: Дмитрий Гусев, Валерий Логинов, Роман Логунов, Геннадий Опарин, Владимир Прохоров, Алексей Толстой и многие другие. Кроме активного количественного роста в этой области мы видим и резкий рост качества. Многие из названых «гаражистов» в прошлом – профессиональные виноделы крупных предприятий, которые активно используют в своих персональных проектах самые современные навыки и практики виноделия.

Да, конечно, до сих пор основной объем продукции российского виноделия – это полусладкие винные напитки, но динамика изменений последних лет, как количественная, так и качественная, дают повод надеяться на заметное повышение среднего уровня российских вин в достаточно близкой перспективе. А если реализуются планы, которые Росалкогольрегулирование опубликовало на своем сайте (предусматривающие возникновение не менее 100 легальных фермерских винодельческих хозяйств в течение ближайших 5 лет), то и разительное.

 

Биссо АтанасовБиссо Атанасов, международный обозреватель Simple Wine news, винодел

На мой взгляд, среди основных проблем российского виноделия можно выделить: 

1. Количество легальных производителей вина. Их мало и они огромны. Не так давно один из них заявил, что они собираются выпускать вина «с отдельного виноградника» и размер оного равнялся … 700 га. Вместе с тем, прогресс современного виноделия держится на двух китах: на количестве мелких виноделен, обеспечивающих вином постоянно расширяющийся круг «энофриков» (продвинутых любителей вина) и на качестве массовых вин, выпускаемых производителями-гигантами. При отсутствии одного звена, второе тоже хромает.

2. Использование виноматериала. Легальные производители почти все поголовно «балуются» балком, то есть завозят виноматериал (нерасфасованное сухое вино или так называемый «балк») из-за рубежа, «доводят до ума» (разбавляют, подслащают, спиртуют и т.д.) и выпускают на рынок под видом собственного вина. Такая практика распространена по всему миру, но «первичка» (производители вина из собственного винограда) никогда этим не занимается. Во-первых, это моветон, а во-вторых, законодательством предусмотрен удушающий контроль за всеми процессами. В России, однако, ввоз балка только растёт. К примеру, предприятие «Абрау-Дюрсо», которое защитники считают лидером отрасли, в прошлом году закупило  13 млн. литров иностранного вина и выпустило его как «своё». У производителей есть множество оправданий, почему они это делают, но, тем не менее, я считаю это обманом покупателя. Покупатель вправе знать, что у него в бутылке и, попивая испанский айрен, не испытывать ложную гордость за местных виноделов, ибо они это вино не сделали, а только разлили. Прозрачность и честность виноделия – залог успеха. Жаль, что в России этого не понимают.

3. Нелегальное виноделие. Мелкие производители, или «гаражники», в абсолютном большинстве нелегальны. Возможно, новый пакет законов, утверждённым РАРом, со временем позволит им выйти из этого статуса.

4. Следующая большая проблема – в регламентах и в «головах». Первые не меняли еще со времен СССР. Я с удивлением для себя узнал, как обрабатывают белые вина перед бутилированием в России и частично понял, почему они не проживают и год после выхода в продажу. С понятиями гигиены на производстве и правилами хранения вина знакомы явно не все виноделы. С «головами» ещё хуже. Росвиноделы по-прежнему учатся по учебникам конца 1960-х годов, а в качестве дегустационного материала у них вина ведущих «балочников». Действующие виноделы не ездят стажироваться в иностранные винодельни. Те же, кто уехал учиться, назад не возвращаются. Это мир в себе, который не предполагает развития. Надежды на иностранных консультантов не оправдываются.

5. Государственные «помехи». И хотя государство со скрипом, но уже начало разворачиваться в сторону виноделия в целом, признав вино сельхозпродуктом и переподчинив его производство другому министерству, пока именно оно и создаёт основные помехи. О запрете на рекламу и о том, как она препятствует популяризации продукции мелких виноделен, мы даже говорить не будем. Государству по-прежнему интересно не из чего винодел произвёл вино, а сколько градусов спирта выпустил в продажу. А если что и делает вино уникальным продуктом, то это всем известный терруар, включающий место происхождения как винограда, так и самого вина. Я до сих пор не могу взять в толк, почему государство не хочет контролировать декларацию урожая, ведь это напрочь отменило бы надобность ЕГАИСа на производстве вина! ,

6. Отсутствие понятия стабильного качества. Старые песни о главном: «приезжайте к нам пробовать из бочек», а потом это невообразимое нечто, что находишь на полке, не имеет ничего общего с ранее испробованным. Ещё песни о том, что «надо знать, где покупать», что как минимум значит, что или производители намеренно дают некоторым магазинам плохое вино, либо те его сами «портят». Правда, непонятно, почему тогда они не портят вина ЮАР или Чили?

Ввиду всего вышесказанного, я лично считаю, что такого понятия как «российское вино» на данный момент не существует. Есть «вино или нечто, его напоминающее, неизвестного происхождения, разлитое в потребительскую тару в России на местных винзаводах». Мне лично такие вина неинтересно пробовать – право дело, зачем пробовать испанский темпранильо «made in Krasnodarskiy kray», когда можно попробовать настоящий, из самой Испании?

Я не отрицаю того, что отрасль развивается и идёт мелкими шажками вперёд, но пока количество этих подвижек не достигло ещё (и не скоро достигнет) критической массы, чтобы подвинуть постсоветских мастодонтов и повести отрасль в современность. Ожидать, что сразу всё будет хорошо, не приходится. Так же, как в Италии начала 1970-х будут отдельные выдающиеся имена, честные и открытые производители с отличными винами, и будет серая невнятная масса.

 

Что ж, от слов пора переходить к делу. Лучше всего о российском виноделии скажут сами вина:

Вина России. Реалии и перспективы.: 1 комментарий

  1. Частично согласна с критиком Денисом Руденко и частично с международным обозревателем Биссо. Одно время я была влюблена в вина Шато Ле Гран Востока, но на мой взгляд они испортились в связи с тем, что перестали работать на качество и трудовая деятельность направилась в сторону количества. Было очень обидно понимать, что Россия в каком-то смысле не исправима. Дурная привычка у Российских виноделов заработать авторитет, сердца любителей вина, а потом разочаровывать. Побывав на винодельне Шато Тамань, я была удивлена, тому, что стоит у меня полках… Как сказал Биссо: «Отсутствие понятия стабильного качества. Старые песни о главном: «приезжайте к нам пробовать из бочек». Конечно можно искать причины в разных направлениях, например транспортировка. Виноград и бутилированные вина не любят перевозку. Но сколько нужно «катать» вина, для того, чтобы испортилось качество. К таким винодельням как Фанагория, «Мильстрим», «Южная винная компания» я никак не отношусь. Могу только сказать, что честность и прозрачность винодела — залог успеха. И я надеюсь, что данные винодельни придерживаются этих двух критериев.
    Была удивлена, что в статье ничего не было сказано о винодельне Лефкадия. Побыв там и продегустировав их вина я поняла, что еще не все потеряно. Из уст Николая Сергеевича Пинчука я услышала то, что я мечтала услышать, о развитии винного направления в России. Их европейский подход и прозрачность заставили меня поверить.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *